Солдат 1941-1945 
 

Информация, фото и сканы документов любезно предоставлены Игорем Владимировичем Сухининым - родным внуком Мишина Ивана Тимофеевича, поисковиком-любителем клуба "Искатель" Тульской области.


Мишин Иван Тимофеевич




Фото Ивана Тимофеевича Мишина 1901 года рождения, уроженца Мучкапского района Тамбовской области, погибшего при освобождении деревни Слободка Людиновского района в Калужской области (ОБД-"Мемориал").




Короткая биография.


Иван Тимофеевич Мишин, 1901 года рождения, родился и жил в посёлке Мучкап Мучкапского района Тамбовской области.

Был женат, имел трёх дочерей: Раю, Зину и Юлю. Юля - это мама Игоря Сухинина - была самой маленькой.
Её было всего два годика, когда отец ушёл на фронт.

Иван Тимофеевич слыл мастером на все руки. Лучше всех в деревне делал валенки - это помогало семье жить.

Как говорила бабушка Игоря - жена Ивана Тимофеевича, жили они очень хорошо. Он очень любил и её, и дочерей.

В 1941 году в возрасте 40 лет был призван в ряды Красной Армии на защиту Родины Мучкапским РВК Тамбовской области.

В 1943 году жена получила  извещение от Мучкапского РВК  о том, что её муж, красноармеец Мишин Иван Тимофеевич, уроженец Мучкапского района Тамбовской области, находясь на фронте Великой Отечественной войны, пропал без вести в декабре 1942 года.

В 1945 году в дом Мишиных приходил мужчина.
Это был однополчанин Ивана Тимофеевича. Пробыл он недолго, торопился с фронта домой.
Он отдал жене Ивана Тимофеевича что-то из документов её мужа, которые Иван Тимофеевич случайно где-то оставил.
Оказывается, они знали друг друга, на фронте в то время были не совсем рядом, а тогда, перед теми последними боями Ивана Тимофеевича, встретились...
Жена Ивана Тимофеевича, конечно же, расспрашивала его о своём муже. Тот отвечал уклончиво, что, мол, среди мёртвых сам не видел...
Сказал, что после тех боёв остались в живых - лишь единицы...
И сам он не погиб тогда только потому, что перед теми боями попал в госпиталь...

Много лет спустя, бабушка сказала внуку, что лишь потом она поняла то, что однополчанин мужа её просто пожалел, увидев с тороими малыми детьми на руках, и поэтому не сказал ей прямо о гибели её мужа.

До самой своей смерти жена Ивана Тимофеевича так и не вышла замуж, всё ждала мужа.
Всю оставшуюся жизнь она прожила в неведении о нелёгкой судьбе мужа, вырастив одна троих дочерей.

24 мая 2007 года от вонного комиссариата г. Уварово Уваровского и Мучкапского районов Тамбовской области по просьбе родственники Мишина И.Т. получили  справку , выданную на основании Книги Памяти, подтверждающую, что Иван Тимофеевич Мишин 1901 года рождения пропал без вести в декабре 1942 года.
И лишь после появления в Интернете Объединённой Базы Данных "Мемориал" на основе сканированных документов военного архива ЦАМО родной внук Мишина Ивана Тимофеевича - Игорь Владимирович Сухинин - смог узнать настоящую правду о судьбе деда. А вместе с внуком правду узнали и дочери Ивана Тимофеевича.

Фактически Мишин И.Т. погиб в январе 1942 года, служа во 2-м стрелковом батальоне 1086 стрелкового полка 323-й (1-го формирования) стрелковой дивизии в составе 10-й Армии.



Донесение 323-й стрелковой дивизии от 16.08.1942 г.


Всего донесение это состоит из 13-ти страниц.

Донесение   о безвозвратных потерях поступило от штаба 323-й сд 16.08.1942 года в Отдел укомплектования 10-й Армии. Это была первая страница донесения.

На  второй странице  штаб 323-й сд от 9-10-го августа 1942 года сообщает, что именные списки, составленные на 70 погибших и 53 без вести пропавших бойца 1086 сп, поступили с опозданием из-за тяжёлых боёв.

На  четвёртой странице ,  пятой странице  и  шестой странице  уже сам 1086-й стрелковый полк сообщает от 05.08.1942 года штабу 323-ей сд о том, что начиная с января 1942 года полк не имел возможности своевременно высылать данные на безвозвратные потери личного состава, так как принимал участие в тяжёлых боях.

Начались эти тяжёлые бои с наступления у дер. Перевлес 4-5-го декабря 1941 года. Значит, эти 70 погибших и 53 без вести пропавших бойца погибли в период с 4-го декабря 1941 года по 5-е августа 1942 года.
Бои были настолько тяжелы, что не было возможности своевременно вести учет личного состава, а порой и некому. Даже писари дрались с врагом в одном строю с рядовыми бойцами. Иногда во время боёв уничтожались уже составленные списки.
В позже составленных списках у бойцов отсутствовали соцданные, так как по понятным причинам их не у кого было узнать.
У некоторых бойцов из списка поэтому же не было даже имени и отчества.

Дальше в донесении на  седьмой странице  стоит заголовок, говорящий о том, что далее (на 8-й стр.) идёт именной список на 70 погибших бойцов 1086 сп, адреса которых не известны, всё по тем же причинам.

А теперь мы можем посмотреть  девятую страницу , на которой мы видим среди погибших бойцов 2-го стрелкового батальона под номером 39 записан Мишин Иван Тимофеевич.



Немного из истории боевого пути 1086-го стрелкового полка
323-ей Краснознаменной Брянской им. Суворова 2-й степени стрелковой дивизии.
(c сайта http://www.rkka.ru/docs/spv/SPV15.htm)


ИЗ ПОЛИТДОНЕСЕНИЯ 1086-го СТРЕЛКОВОГО ПОЛКА 323-й СТРЕЛКОВОЙ ДИВИЗИИ 10-й АРМИИ ЗАПАДНОГО ФРОНТА

20 декабря
Секретно

Начальнику политотдела 323 с[трелковой] д[ивизии]

   Находясь в боях с 17 по 19.12.41 г., полк понес большие потери, особенно в командном составе. В первом батальоне остался один командир батальона и его заместитель. Так же и в других батальонах. Кроме них, в батальонах имеется 2-3 командира.

Военком 1086 с[трелкового] п[олка]
[подпись неразборчива]

ЦАМО СССР. Ф. 353. Оп. 5879. Д. 9. Л. 47


ИЗ ДОНЕСЕНИЯ 323-й СТРЕЛКОВОЙ ДИВИЗИИ 10-й АРМИИ ЗАПАДНОГО ФРОНТА О ПОТЕРЯХ В НАСТУПАТЕЛЬНЫХ БОЯХ С 17 ПО 19 ДЕКАБРЯ 1941 ГОДА

21 декабря 1941 г.
Секретно

[В штаб 323 стрелковой дивизии]

За время наступления с 17 по 19.12.41 г.:

  Нач. состава Мл. нач. состава Рядовых
Убито [чел.] 38 72 386
Ранено [чел.] 110 230 954
Заболело [чел.] 8 3 59
Без вести пропало [чел.] 19 97 1084
Всего [чел.] 188 452 3498

<...>
Начальник штаба 323 с[трелковой] д[ивизии]
[подпись неразборчива]

ЦАМО СССР. Ф. 353. Оп. 5879. Д. 9. Л. 48



---- *** ----

(c сайта http://www.megatula.ru/site/tulskii_krai/raionnye_centry/63/)


В 10 часов утра 23 ноября 1941 года войска немецко-фашистских оккупантов захватили железнодорожную станцию Епифань и поселок Михайловка. Всего 17 дней хозяйничали фашисты в нашем поселке, но и за это время успели нанести огромный урон хозяйству. Были сожжены почта, больница, столовая и все жилые дома на улице Советской, разграблены все общественные здания. Убиты три жителя поселка: конюх, за то, что не скоро подал сбрую, комсомолец Жуков и больной старик (глухой) - за то, что не обернулся на окрик немца.

Подробно о причиненном ущербе поселку и железнодорожной станции Епифань можно узнать из актов комиссии по учету ущерба, нанесенного поселку и району немецко-фашистскими захватчиками во время оккупации. Кимовчане в такое тяжелое время остались верны своему народу, своей Родине. Взять хотя бы такой пример. При отступлении наши войска вынуждены были оставить своих раненых товарищей. Население скрывало их от фашистов, а ведь тем, кто скрывал раненых, по приказу оккупантов грозила верная смерть. Врач районной больницы Эмма Николаевна Воробьева ночами делала перевязки. Она хорошо знала, чем это может кончиться, ведь ее близкую подругу из Гранковской больницы - Валерию Александровну Ефремову - за это повесили.

10 декабря 1941 года фашистские варвары отступили под ударом наших войск. Станция Епифань и поселок Михайловка были освобождены войсками 10-й армии, 1086-м полком 323-й стрелковой дивизии. Командовал полком А.А. Богданов (в конце войны полковник).

 
На 1-м снимке: Мемориал на окраине Карачевского леса возле дороги на Епифань.
На 2-м снимке: Камень-памятник в сквере за зданием бывшего кинотеатра "Победа".


Вот как рассказывал Александр Александрович: "Часов в двенадцать ночи 9 декабря штаб полка, которым я командовал, остановился в деревне Урусове, что в трех километрах от станции Епифань. На железнодорожной станции находились немцы. Чтобы узнать, какими силами располагает противник, я послал разведку. Часа в три ночи, уже 10 декабря, мне доложили, что немцев на станции всего несколько десятков и что около дома, где они находятся, стоят три автомашины. Мы точно установили, что отступать немцы могут только в сторону Епифани. Необходимо было перекрыть путь отступления фашистам. Для этой цели было дано задание третьему батальону полка под командованием ст. лейтенанта ГА. Зотова: обойти Карачевский лес с востока, зайти на южную сторону его и занять шоссе, идущее от железнодорожной станции на город Епифань.

Так как немцев на железнодорожной станции было мало, я решил артиллерию не применять, чтобы не разрушать станцию и дома мирных жителей. Как только стало рассветать, мы дали по немцам несколько выстрелов из 120-миллиметрового миномета и пошли в атаку.

2-й батальон под командованием ст. лейтенанта С. Харламповича наступал от Двориков вдоль железной дороги в сторону вокзала. А первый батальон под командованием ст. лейтенанта Черных наступал севернее, обходя железнодорожный вокзал с запада.

Немцы не ожидали такого стремительного наступления, выбежали из двухэтажного дома, сели в машины и стали отступать в сторону Епифани, как мы и предполагали".

А вот что рассказал нам при встрече в Ленинграде ГА. Зотов, который проживал там последние годы своей жизни: "Мы обошли Карачевский лес и устроили засаду на шоссе около каких-то домиков. Когда три немецкие машины с солдатами выехали на подъем шоссе в Карачевском лесу, мы выстрелили по головной из 45-миллиметрового орудия и попали прямо в мотор. Вторая машина пыталась ее объехать с левой стороны, но перевернулась в глубокий кювет. (Там местные жители брали песок для стройки). Третью машину немцы бросили и пытались бежать в лес. Но там была наша засада. Немецкий отряд был полностью уничтожен".

Среди убитых немцев, по словам А.А. Богданова, был немецкий полковник, видимо, из окружения Гудериана, о чем писал маршал Ф.И. Голиков в своей книге "В Московской битве".

Так были освобождены железнодорожная станция Епифань и поселок Михайловка.
Командир 2-го батальона Сергей Харлампович, который освобождал станцию Епифань, погиб на второй день при освобождении деревни Люторичи.



О 323-й Краснознаменной Брянской им. Суворова 2-й степени стрелковой дивизии.


66 лет назад, в августе-сентябре 1941 года, в Тамбове на станции Трегуляй была сформирована 323-я стрелковая дивизия, состоявшая в основном из тамбовчан, а в ноябре эшелонами она была отправлена на Западный фронт.

В декабре дивизия участвовала в боях за Москву, а затем освобождала города Епифань, Думиничи, Людиново.
В битве за Москву дивизия понесла большие потери.
О том, что это были за бои, говорят потери дивизии в личном составе.
К началу февраля 1942 года в её составе насчитывалось: в 1086-м полку – 29, в 1088 – 44, в 1090-м – 64 штыка.

После доукомплектования в 1942 году она действовала в Калужской области в составе 1086-го стрелкового полка.

За успешное ведение боевых действий полк наградили весной того же года орденом Красного Знамени.

За операцию по освобождению Брянска 323-й стрелковой дивизии присвоено наименование «Брянская».

В 1944–45 годах дивизия освобождала от фашистских захватчиков Белоруссию, Польшу, Германию.

19 февраля 1945 года она была награждена орденом Суворова 2-й степени.

Боевой путь 323-я Краснознаменная Брянская ордена Суворова 2-й степени стрелковая дивизия закончила на территории Германии у города Лукенвальде.

Боевое знамя одного из полков - 1086-го – хранится в областном Тамбовском краеведческом музее.
К 55-летию Великой Победы название дивизии было увековечено на стеле, установленной на станции Трегуляй Тамбовской области.



Воспоминания Маршала Советского Союза Г.К. Жукова, бывшего командующего 10-й армией.


Г. К. Жуков в своих мемуарах "Воспоминания и размышления" неоднократно упоминает действия 10-й армии, в состав которой вошла 323-я стрелковая дивизия.

"Мало кто из москвичей, наверное, знает о том, какую роль сыграла 10-я армия в Московской битве.
Да это и не удивительно.

10-я армия сражалась на самом большом удалении от Москвы из всех армий Западного фронта (от 250 до 400 километров).
Да и прибыла она на Западный фронт последней из десяти входивших в его состав армий, прибыла буквально в самые последние дни, даже часы перед началом декабрьского контрнаступления.
Сосредоточение ее совершалось очень скрыто: из глубины страны, с Волги, обходя Москву с юга, на Рязань и Ряжск.

Формировалась армия в Поволжье.
Подавляющее число бойцов армии пришло из запаса.

В нашем распоряжении на подготовку имелось всего три недели. Из них только 14 — 15 суток можно было использовать на плановую учебу. Поэтому мы сразу же ввели двенадцатичасовой учебный день.
Три раза в неделю проводились ночные занятия.

Нелегко было за короткие дни формирования армии достичь сноровистости и быстроты действий бойцов, научить их активным действиям в бою под огнем врага.
К тому же ноябрь в Поволжье оказался очень холодным, а части армии были еще в летнем обмундировании.

Занятиям мешала и большая нехватка оружия.
До какого нетерпения и тоски по вооружению доходило дело, можно видеть из того, что, получая орудия и пулеметы, красноармейцы буквально бросались целовать их.
Не хватало и автомобильного и гужевого транспорта.

Зимнее обмундирование, значительную часть вооружения и боеприпасов армия получала уже в пути следования, в районах выгрузки и в дни выдвижения войск на позиции...

10-я армия до конца своего наступления фактически не имела танков, оставалась почти совершенно без помощи авиации, не пополнилась ни зенитными, ни противотанковыми средствами, вовсе не имела тяжелой артиллерии, ни одного минометного полка.

К утру 6 декабря 10-я армия в основном была готова к боевым действиям."

"...что касается 10-й армии, то ее задачей было освобождение Козельска и Сухиничей
Но еще раньше на нашем пути лежал Белев…

Тем временем 28 декабря 323-я дивизия полковника И. А. Гарцева, не встретив сопротивления противника, перешла Оку в районе Сныхова (севернее Белева) и успешно двинулась к западу."

"...Новый год Военный совет армии встретил на командном пункте в Козельске.
10-я армия внесла свой вклад в разгром гитлеровцев под Москвой.
С 6 декабря она продвинулась более чем на 250 километров, оставив позади реки Проню, Дон, Упу, Плаву и Оку, а к 31 декабря часть ее сил была уже под Сухиничами, то есть еще на 50 — 60 километров дальше."

...выполняя одно за другим боевые распоряжения фронта, дивизии армии веерообразно двинулись на Мещовск, Мосальск, Сухиничи, Барятинскую, Киров, Людиново, Жиздру, Кцынь.
Только главные силы 328-й дивизии оставались в армейском резерве.

Все дивизии, уже привыкшие к самостоятельным действиям на отдельных направлениях, в короткое время выполнили свои задачи, освободив все перечисленные населенные пункты, кроме Сухиничей и Зикеева (около Жиздры), которые удалось только окружить и блокировать.
С занятием Кирова и Людинова войска армии перерезали очень важную в оперативно-стратегическом отношении железнодорожную линию между Вязьмой и Брянском, разобщив тем самым северную и южную группировки вражеской группы армий «Центр».


"Как я уже сказал, Сухиничи и Зикеево удалось только блокировать. Они оказались занятыми свежими силами противника, прибывшими из Западной Европы.

324-й дивизии удалось занять Сухиничи только утром 29 января. Но этому предшествовала упорная борьба главных сил 10-й армии против вражеского контрудара из района Брянск — Жиздра — Людиново на Сухиничи.

Свои действия противник начал 10 — 11 января сильным ударом по частям 322-й дивизии и потеснил их от Зикеева, деблокировав свой гарнизон в этом населенном пункте.
Затем 15, 16 и 17 января враг нанес сильные удары авиацией и танками с пехотой по 323-й дивизии и овладел городом Людиновом.

10-я армия отбивала брянский контрудар противника до 29 января. За эти дни войска вражеской группировки, наступавшие со стороны Людинова на Сухиничи, продвинулись не более чем на 50 километров, а те, которые наступали от Жиздры, не более чем на 40 километров.

В общем итоге за период своего наступления с 6 декабря до 11 января 10-я армия продвинулась вперед на расстояние около 400 километров.
Освобождение городов Мосальск, Киров, Людиново, окружение Зикеева под Жиздрой и выход к району Кцыня явились пределом ее наступательного успеха.
Серьезное оперативно-стратегическое значение осуществленных 10-й армией операций очевидно.
В ходе боев мы захватили 57 танков, 31 самолет, до 300 орудий, 200 минометов, 500 пулеметов, 2500 автомашин и тракторов, 2500 мотоциклов и велосипедов, два с половиной миллиона снарядов, много винтовок, автоматов, патронов и ручных гранат противника.

Очень нелегко достались 10-й армии эти победы.

Много было пролито и пота и крови.

И в заключение мне хочется сказать великое спасибо всем участникам боев и обнажить голову перед светлой памятью наших погибших товарищей.
Их подвиг не померкнет никогда...
Это о них, отдавших свои жизни за великое дело Победы, поется в песне:

Как много их, друзей хороших,
Лежать осталось в темноте
У незнакомого поселка,
На безымянной высоте..."



Внук сам нашёл место гибели своего деда.


  

Благодаря информационной базе сайта www.soldat.ru, а так же в результате исследований хроники, воспоминаний, мемуаров Великой Отечественной войны и с помощью сайта ОБД-"Мемориал" (http://www.obd-memorial.ru/) внук Мишина Ивана Тимофеевича - Игорь Сухинин - сам нашёл место гибели своего родного деда.

По документам и воспоминаниям выходит, что Иван Тимофеевич Мишин погиб в январе 1942 года у деревни Слободка Людиновского района тогда ещё Смоленской области.
В это время его 1086-й стрелковый полк вёл бои в том самом месте.

Деревня Слободка "всплыла" по рассказу того самого однополчанина Ивана Тимофеевича Мишина, который остался в живых и по дороге домой с фронта заезжал к жене Ивана Тимофеевича, чтобы отдать оставшиеся у него от погибшего документы.
Он-то и рассказал жене И.Т.Мишина, что видел её мужа за день до сражения, и было это у деревни Слободка тогда ещё Смоленской области.
После тех боёв от полка в живых почти никого не осталось.

Кроме того, что знал от бабушки из рассказа однополчанина, внук ещё нашёл Ф.И.О. тех бойцов из батальона деда, что были с дедом в одном именном списке донесения о безвозвратных потерях среди погибших 1086-го сп 323-й сд, на обелиске у деревни Слободка.
Правда, перечисленных на обелиске бойцов было только 88 человек, а захоронено там всего около 300 бойцов (согласно учета ОВК г.Калуга, и рассказа жителя деревни Слободка, который участвовал в захоронении).

После установления места гибели своего родного деда - Ивана Тимофеевича Мишина - Игорь Сухинин привёз свою маму, Юлию Ивановну, и её сестру на могилку их отца у деревни Слободка Людиновского района ныне Калужской области.

Так, через 66 лет разлуки, две дочери вновь встретились с отцом...

Редактирование
Л.Г.  Лесковой,
20.11.2007г.
Главная страница    О сайте    Навечно в строю    Фотогалерея    Мемориал    Vorum.mybb.ru    Forumbook.ru    Наш Internet

Hosted by uCoz